Эрнесто Инаркиев: "В первую очередь Творческая составляющая!"

 

Вспоминается одна беседа лет пятнадцать тому назад. В гостях у меня Леонид Юртаев, только что прибывший из Бишкека.

–  Появился у нас один малыш одаренный…

–  Да ну! Иди ты. У вас?!

– У нас, у нас! – Леня честно округляет глаза – Да вот сам посмотри! И протягивает мне журнал с какими-то диаграммами.

– Какие  комбинации малец исполняет!

– А почему Эрнесто? В честь Че Гевары, что ли?

– Точно! У отца его любимый герой…

Что-то отвлекает от беседы, и продолжение следует спустя несколько лет на одном из казахстанских опенов.

– Ну и где твой талант?

– Да вот же, с Джеком играет!

Напротив Евгения Владимирова сидит хрупкий подросток, разыгравший (конечно! влияние Юртаева!)  староиндийскую защиту. Партия затягивается надолго, ухожу.

Третья часть. Снова у меня дома. Телефонный звонок. «Можно Леонида Николаевича?» Протягиваю трубку. После недолгого  разговора Леня лихорадочно начинает собираться.

– Куда?

– В Элисту! Поеду, звонил отец Эрнесто… 

Вот так и состоялось наше заочное знакомство с нашим сегодняшним героем. Потом и очное, но это уже другая история. Не скажу, что стал ярым фанатом, но результатами элистинского, а поздней московского гроссмейстера всегда интересовался.  А как только представился случай, напросился на скайповое интервью. Победитель «вышки-2013» дал любезное согласие.

– Эрнесто! Хотел бы поздравить от имени всех посетителей нашего сайта с победой и отличной игрой!

– Спасибо!

– И, наверное, впервые в высших лигах был ТАКОЙ приз!

– Вообще-то я уже выигрывал в 2006 году. А… Вы имеете в виду Мемориал Таля! Это, конечно, весомая прибавка к первому призу.

– Давайте начнем издалека. В какой-то момент у меня сложилось впечатление, что шахматы перестали быть главным делом жизни? Это связано с завершением образования, новой работой? 

– Нет, это не соответствует действительности. Я все время не прекращал работу над шахматами, хотя продолжал параллельно обучение в институте и аспирантуре. Но помимо шахмат были и другие задачи.

– То есть Вы продолжаете позиционировать себя как профессионального шахматиста?

– Да, буквально этой весной я принял решение уйти из аспирантуры и сейчас полностью сконцентрирован на шахматах.

– Давайте уточним, по какому профилю специализировались?

– Экономическому. Я закончил Российский социально-экономический университет, РГСУ в Москве. А в аспирантуре я учился на кафедре шахмат также в РГСУ.

– Не могу не задать стандартных вопросов. Перед Высшей Лигой прошла специальная подготовка, сборы?

– Я бы не хотел сильно вдаваться в подробности и раскрывать некоторые свои профессиональные секреты. Подготовка, конечно, была. Важным ее этапом стало выступление на чемпионатах мира по рапиду и блицу в Ханты-Мансийске. Необходимо добавить и это очень важно для меня: у меня появился спонсор, персональная поддержка. Подготовку к Высшей лиге помог организовать на очень хорошем профессиональном уровне депутат государственной Думы Хамчиев Белан Багаудинович. Он является представителем от Ингушетии, по национальности я ингуш. Вообще хотел отметить – в последнее время в республике все больше людей, интересующихся шахматами, и это очень меня радует. Вчера весь вечер мне звонили, поздравляли с победой, говорили, что болели за меня… Вы не представляете, как помогает мне эта поддержка! Хотя в настоящий момент выступаю за Москву.

– Абсолютно с Вами согласен! Поддержка земляков – огромный фактор и всегда приятно осознавать, что твои результаты важны еще кому-то помимо тебя. Но вернемся к шахматной подготовке. Продолжаете сотрудничество с Марком Израилевичем Дворецким?

– В настоящий момент мы с ним не работаем, но продолжаем общаться. С таким человеком как Марк Израилевич всегда приятно поговорить, и встречи с ним вдохновляют.

– Какие цели ставились перед турниром? Задумывались всерьез о первом месте, или может быть была какая-то программа-минимум – попасть в Суперфинал? Или, может быть, что-то еще?

– Учитывая, что удалось провести качественную подготовку, я нацеливался на первое место. До начала турнира не знал, что будет еще путевка на Мемориал Таля. Это стало для меня приятным сюрпризом на открытии Высшей лиги! Разумеется, этот турнир, в первую очередь, квалификация в Суперфинал, но для меня было принципиально важно занять именно первое место! Скажу так: пятерка рассматривалась как хороший результат, а первое место как безусловный успех.

– По ходу турнира. Серьёзный критический момент возник после проигрыша Шомоеву?

В 2010-м в Иркутской Высшей Лиге в первом туре была ничья...

– Я бы сказал, что это был самый сложный момент. В таком турнире, как Высшая лига, критической партией может считаться каждая. Сначала идут противники послабей, потом их сила начинает расти… По большому счёту здесь каждая партия решающая и в этом принципиальное отличие от других турниров. Но по сложности турнирной ситуации, конечно, да! Только что я был на чистом первом месте, а теперь проиграл белыми фигурами и должен играть черными с Томашевским! Эта партия стала решающей и принципиальной.

– А как удалось собраться на эту встречу с Евгением Томашевским? После поражения тяжеловато. На душе «кошки скребут»…

– Во-первых, во время партии с Шомоевым я считал, что правильно поступаю, когда шел на риск. И не видел большой ошибки со своей стороны. Да не удалось победить, проиграл. Бывает! Во-вторых, и перед этим проигрышем я отлично понимал, что в последних турах будет напряженная борьба, и от того как я сыграю ВСЕ ТРИ будет зависеть исход турнира. Поэтому, когда проиграл, подумал: «Ничего особо не поменялось надо просто хорошо сыграть две последних партии».

– Раньше могло сложиться впечатление, что Инаркиев – шахматист, всегда играющий на победу, независимо от турнирных обстоятельств и, возможно, требований позиции. А тут в последнем туре соглашение на ничью с Мотылевым, а ведь Ян (Непомнящий) мог и не выиграть? Откуда такой практицизм? Пришла мудрость?

– Возможно, опыт какой-то пришёл. На самом деле, учитывая, что основная задача – победа в турнире, не очень понятно, зачем безоглядно рисковать. Я прекрасно отдавал себе отчет в том, что у меня отличные дополнительные показатели, поэтому, когда выходил на эту партию, считал, что при ничьей вероятность победы очень высока. Когда увидел на доске русскую партию, подумал что это «играет мне на руку».

– Каждый раз Высшая лига выдвигает новых участников Суперфинала. Насколько заслужен успех дебютантов Антона Шомоева и Алексея Гоганова? Ведь широкому кругу болельщиков они относительно малоизвестны?

– Антон Шомоев, на мой взгляд, очень хорошо провел отрезок турнира со второго по восьмой тур. Сыграл очень здорово! Помимо партии со мной обыграл ещё чёрными Витюгова и с другими шахматистами (например, с тем же Томашевским) играл хорошо. Но помимо этого, насколько мне известно, у Антона были победы над сильными шахматистами. Поэтому результат его случайностью назвать трудно. А вот рейтинг, действительно, не вполне соответствует, можно сказать, что выступили эти шахматисты значительно выше своего ожидаемого уровня. Алексея Гоганова просто не знал раньше, впервые встретился с ним на Высшей лиге. Но турнир он провёл явно выше своего рейтинга на хорошем уровне, достаточном для выхода в Суперфинал. А что касается общей тенденции, то мне кажется, что нельзя отрицать того, что существует определенный разрыв между элитой и шахматистами уровнем пониже. Но, к сожалению, не так много турниров, из которых можно в неё прорваться. И я считаю, что Высшая лига – это как раз один из немногих турниров, который помогает решить эту задачу. Люди проходят и получают шанс показать себя.

– Что-то поменяется в спортивных, творческих планах, если удастся успешно сыграть в Суперфинале? Про Мемориал Таля не спрашиваю слишком долго ждать…

– Очень важно продемонстрировать не один хороший результат, и ближайшие цели и задачи связаны именно с этим. Один, пускай даже и отличный результат, для меня не очень интересен, важно убедиться в повышении качества своей игры. Поэтому все дальнейшие результаты я буду рассматривать именно с этой точки зрения. И если это произойдет, надеюсь, что и турниры будут другого качества, и составляющие шахмат также выйдут на новый уровень.

– Перед Высшей лигой  Вы сыграли в чемпионатах мира по рапиду и блицу. Если я правильно понял, нравится выступать в этих номинациях?

– Для меня это новые ощущения. В том плане, что я всегда рассматривал это как тренировочный элемент. Но в последнее время понял, что это неотъемлемая часть современных шахмат. И каждый профессионал просто обязан играть в этих чемпионатах!

– Может быть, спасение шахмат от читеров, кроется, действительно, в ужесточении временного контроля?

– Я согласен с тем, что читерство – огромная проблема. Но, как вы знаете, уже на протяжении десятилетий не прекращается спор, что такое шахматы? Искусство, спорт или наука? Я не совсем понимаю словосочетание «спасение шахмат». То, что прививает любовь к шахматам… На мой взгляд, это ближе к искусству. Это в первую очередь, ТВОРЧЕСКАЯ составляющая, это какие-то идеи, неожиданные комбинации, из-за чего люди готовы ночами смотреть  партии крупных турниров.   Естественно, существует и спортивный аспект: кто участвует, играет, побеждает. Но такое кардинальное решение проблемы, как уменьшение временного контроля, может нанести гораздо больший вред, чем читерство. Я люблю играть в шахматы, мне нравится придумывать идеи, изобретать красивые комбинации, а при ограниченном контроле это будет уже больше спорт и не придётся говорить всерьез о реально нестандартном замысле.  Грубо говоря, это равносильно тому,  если вам предложат написать книгу за один день. Маловероятно, что это будет произведение достойное пера классика. И, на мой взгляд, эта творческая часть не менее, а может быть и более важна, чем спортивные результаты, зрелищность и т. д.

– Вы нашли удачное сравнение! Последний вопрос: как считаете – сильно  повлияло на Вашу шахматную судьбу обстоятельство географической удаленности от шахматных центров?

– Да, несомненно. В свое время моей семье и мне пришлось принять трудное решение о переезде. Кроме того прививаются и определённые шахматные вкусы. Например, сильное влияние на меня оказал Леонид Николаевич Юртаев. Я до сих пор благодарен этому человеку. Но кое-что выпало из моего образования… Ситуация сохранилась и на сегодняшний день существуют места где заниматься шахматами крайне тяжело. Наверное, неслучайно, что после моего отъезда в Киргизии выросло мало профессиональных шахматистов. Те ребята, во всяком случае, которых я хорошо знаю, играют в шахматы только в свободное от работы время.

Через некоторое время гроссмейстеру предстоит отвечать на вопросы посетителей chess-news.ru, задерживать неудобно… Благодарю. Прощаюсь. Следующая встреча на Суперфинале? Или на Талевском? Удачи, Эрнесто!

Вопросы: Сергей Ким

Ссылки: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9